Жванецкий — «Время перемещений»

Время перемещений

Наступило время больших перемещений. Люди ездят.

Над головой жужжат битком набитые самолеты, они летят на юг. Такие же набитые самолеты летят обратно. Если бы ТУ-104 имели подножки, на них бы висели гроздьями.

В Воркуту билет достать невозможно. На Дальнем Востоке полно. На Крайнем Севере на каждом камне — турист. В Москве — как обычно: вынесет из метро, ударит об забор и понесет в другое метро. Ваше счастье, если вам туда надо.

В каждом городе полно приезжих. Откуда же они выезжают? Мы с друзьями встречаемся в Ленинграде, уезжаем от них в отпуск, и там встречаем тех же друзей.

Время больших перемещений. Половина людей едет туда, половина — обратно, остальные стоят в очереди за билетами.

Твой дедушка пятьдесят лет сидел камнем, вчера он двинул в Новосибирск, с ответным визитом.

Где я только не бывал, говорит один у костра. В Крым ездил, в Сочи ездил, в Сухуми был, осталось в театр сходить, и уже везде побывал.

Такое время! Каждый третий спрашивает, как пройти, каждый второй не знает.

— Скажите, я впервые в вашем городе, этот трамвай идет до вокзала?
— Да.
— Значит, я сел правильно?
— Да, только сейчас он идет в другую сторону. Вы хоть сядьте туда лицом.

Время больших перемещений. Массы двинули за город. В музеях демографический взрыв. Под каждым деревом — семья. На одного лося — двадцать тысяч человек с фотоаппаратами. На малого зайца сорок человек с ружьями, собаками и удостоверениями. Волки растерялись — за каждым их движением следят по восемнадцать человек, и в их стаю затесался самец с кинокамерой и билетом «Клуба кинопутешествий». За Полярным кругом завыл белый медведь, опечатанный, окольцованный и зарегистрированный. Двадцать человек ждут, когда вынырнет морж. Он бы и не вынырнул, но его снизу подталкивают четыре аквалангиста. Рыба-кит по фамилии Джек, с потухшим взглядом крутит сальто за полведра рыбы, которая свое уже открутила. Двенадцать человек помогают льву охотиться: двое держат козу, остальные показывают, где она находится.

Люди ездят, пообедать им уже неинтересно, одеться им неинтересно. Они путешествуют, они хотят видеть и слышать, и, кроме желудка и тела, доставлять наслаждение своей душе, чтобы еще полнее сделать то, что называется этим простым словом — жизнь.

 

Запись опубликована в рубрике Монологи Жванецкого с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий