Жванецкий — «Автопортрет»

[Автопортрет тех лет — вот, написано: «сорока семи». Черт побери… Никогда бы не подумал, что может быть человеку столько лет, сколько мне сегодня. Шестьдесят! А знаете, что я о шестидесятилетних написал? «Что такое шестьдесят? Испуг в ее глазах, все остальное — то же самое».
Автопортрет тех лет… Я пишу так, время от времени, эти автопортреты]

Вот так и не стал решительным и бесповоротным. Слабоволие и мягкотелость привели к дикому количеству звонков. Учится отказывать, употребляя слова: «никогда» и «ни за что».

Мало писал, много бегал. Просил. На просьбах потерял друзей и юмор. Так ничего и не добыл.

Из недвижимости: диван, бывший в употреблении, письменный стол, редко бывший в употреблении. Из движимости: мечты, мечты, мечты… От мечтаний похудел.

Ездил на БАМ, хотел посмотреть. Они хотели послушать. Видел мало. Еще больше прибавилось знакомых под условным названием «друзья». Теперь не знает, как назвать тех четверых, что с детства.

Большой город переносит, как переполненный трамвай. У каждого хочет спросить, кто он такой. Главный врач, главный инспектор, не главный? — Оставьте меня.

Часто спорит с теми, кого нет. Снова неубедителен.

О работе. Удивляется, когда смеются, обижается, когда молчат. До сих пор не понимает, чем вызван смех. Трудно держать паузу, пальцем показывая на это место. Читает быстро, просит быстро реагировать. Остановиться на лету не может, так как тяжелее воздуха. Наш юмор считает самым осмысленным, самым глубоким юмором в мире.

Некоторые поиски логики приносят славу сатирика и смелого человека. Нравится выступать, хотя надо было бы писать, писать, и умереть на сундуке с рукописями.

Раньше думал «женщины», теперь «ни дня без строки». Это не талант, это возраст.

Проснулся ночью от стуков, хлюпанья, дребезжания. Искал глазами по комнате, подбегал к окну, оказалось — в организме.

Неожиданно может появиться в очках, на палке, с валидолом в пистоне. Дам просит не смотреть, а дать проследовать.

Самым желанным и несбыточным считает полную тишину. Одинок, как баран на вершине. Так же и богат.

Первого апреля 1981 года в 21 час отогнал мысль устранять недостатки нашей жизни путем чтения вслух художественных произведений. Довольствуется подъемом настроения среди тех, кто должен это делать.

На вопрос: «Как живешь?» не отвечает, чтобы не обременять сочувствием. Страшно недоволен исполнением собственных распоряжений. От этого в ужасе.

Скуки никогда не испытывал. Массу людей переворошил в поисках красивого тела, теперь ищет родную душу.

Сам мал, лыс, толст, неубедителен, зануден и неприятен. К тому же любит спать один. Дико ругается, увидев свое приказание исполненным. Храпит, сморкается, кашляет, скрипит.

Желающих соединиться с этими остатками просят оторвать талончик на заборе и забрать его от него самого, который его съедает.

Любит дождь. В дождь и ветер кажется себе мужественным, в плаще на улице.

В мечтах изобрел автомобиль, который нельзя остановить, и огромный репродуктор, тексты для которого пишет сам. Хотя пишет мало.

Много ест, пьет и ждет чего-то. Ждать осталось недолго.

 

Запись опубликована в рубрике Монологи Жванецкого с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий