Жванецкий — «Он — наше чудо»

Он наше чудо

Он наше чудо. Он наша гордость.

При виде женщины встает. Дает ей стул, пальто.

Не спит на собрании. После доклада о международном положении и происках сил реакции ему стало плохо. Остальные, окружив, долго смотрели на него и, даже проводив скорую, не могли разойтись. Так это на всех подействовало.

Через него начинаешь чувствовать. Ему скажут: «Не волнуйтесь, мы этот вопрос решим через неделю». Он верит, запоминает! Приходит через неделю и спрашивает: «Ну как?» Что «как», все забыли, о чем это он.

Через него чувствуешь, мы им просто гордимся.

Он, в общем, вреда никакого не приносит, но удовольствия — масса. Видит «Посторонним вход воспрещен!» — не затолкнешь. Все туда рекой текут, что-то выносят оттуда, этот — ни с места. Такая канареечка!

Все-таки уже под сорок, и такое чудо маленькое. А если по знакомству что-нибудь, то вообще не дай бог!

Некоторые видят, как он живет, как одет, пожалеют — иди, мол, туда, я там договорился.Не идет. Серьезно!

К нам толпами валят, спрашивают, где он. Мы говорим — вот он, у окна. Он работает, а на него стоят, смотрят. Одна чертежница стояла и смотрела на него полдня.

Он же отказывается стричься, лечиться, дома все механизмы не действуют. Ну, гонят его — иди, стригись, лечись. Не идет. Не может в рабочее время. А в нерабочее те же тоже не работают.

А при всем при том, поговори с ним — ничего такого не почувствуешь. Вот как вы, как я. Хотя, видимо, что-то есть. Но внешне — как вы, как я.

Все ко мне бегают, я с ним рядом сижу. Говорю, что вы бегаете, он действительно такой. Не надо его раздражать.

Кстати, он холостяк. Мы уж его знакомили. Он симпатичный, если б не одежда. Он же все в магазинах, и в начале месяца, чтоб без очередей. Ну и выглядит, как из ДОПРа. Ну, то есть, как из тюрьмы. Все на нем — «Скороход», «Красный треугольник», «Кемеровский промкомбинат». Но если эту кирзу и дерюгу содрать, он там симпатичный. Знакомили, знакомили… Ну, конечно, эти женщины недовольны были. Даже пожилые, которым совсем терять нечего. Стихи читает, книжки дарит, чай пьет… Идиот, в общем.

Нам тоже крыть нечем — у них факты. Мы говорим — ну, он такой, принимайте его таким! Это что, он на зарплату жить будет? Будет, он же не прикидывается! Он действительно такой!

Это же он как-то сказал: «Давайте напишем, пусть этого продавца заменят другим, будет иначе!» Честное слово! Душой возле него отдыхаешь.

Вот намотаешься где-нибудь, набегаешься, налаешься. Наобещал тебе кто-то золотые горы, сам вообще не явился. Приходишь к нему — расскажи. Ну вот, расскажи, как ты себе представляешь, вот вообще, а как бы ты хотел? А какие должны быть отношения? Он говорит, а ты сидишь, думаешь о чем-то. Как на берегу моря.

Мы очень его бережем. Говорят, где-то девочка появилась под Архангельском. Такая же. Если их познакомить, окружить плотно, накрыть чем-то сверху… Очень интересная порода людей может пойти.

Запись опубликована в рубрике Монологи Жванецкого с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий